Димкины хлопоты

Моего друга Александра все в деревне звали Лошкарь, и он на это прозвище никогда не обижался и всегда откликался. В своем хозяйстве он держал рыжего гончака по кличке Димка. Это был очень ласковый пес и заядлый охотник, который мог бегать за зайцами целыми днями до пены у рта. До первой моей с ним встречи, я даже не представлял, что охота с гончими — такое интересное занятие. И самое главное — спортивное, ведь стреляешь по бегущему зайцу. Хочется рассказать об одной их охот с Димкой...

Наш маршрут лежал от деревни Еловки до деревни Орловки, где предстояло переночевать, а на следующий день — по логу речки Яя в сторону дома. Добравшись на автобусе до Еловки (от которой, кстати, остались лишь остовы домов, заросшие крапивой), мы, зарядив ружья, углубились в смешанный лес с хорошим пихтовым подлеском. Димка, радуясь охоте, не останавливаясь, носился в поисках зайца, выскакивая из кустов то передо мной, то перед хозяином.

В низинках и затененных местах уже лежал снежок, а на открытых местах все было усыпано золотистой листвой. Краснела ягодами рябина, величественные ели зелеными верхушками протыкали небо, на котором не было ни облачка. Задавался хороший осенний день.

Вдруг я услышал сначала взвизг Димки, потом его равномерный лай, который стал удаляться от меня вниз по логу. Зная заячьи повадки, я быстро отыскал место его лежки, выбрал участок для стрельбы и затаился. Но, как мы ни готовились, заяц появился неожиданно. Белым комочком на фоне листвы, он выскочил метрах в двадцати от меня, махнул раз-другой через коряги и скрылся в ельнике так быстро, что я даже не успел вскинуть ружье. «Обманул косоглазый!» — только успел подумать я, и тут раздался звонкий дуплет а за ним... ругань моего друга. «Значит, и его надул».

Мимо меня с голосом проскочил Димка. Наверное, он был недоволен охотниками, однако зайца не бросил, и гон продолжился. Второй круг был значительно больше, и я успел найти более удобное место для выстрела. Вот лай удалился настолько, что почти перестал быть слышен, затем начал приближаться. Погоню я увидел издалека: заяц бежал по краю леса, иногда выскакивал на поле и, останавливаясь, слушал собаку, затем пробегал метров двести и опять прислушивался. Он был все ближе и ближе. Я уже навел мушку на белое пятно, а косой вновь остановился и, увидев меня, сделал сильный прыжок. Я выстрелил, затем еще раз, но заяц переметнул через валежину и ускакал в сторону Лошкаря. Выстрел друга закончил Димкины хлопоты.

Пес довольно скулил около хозяина. Всегда после добычи зайца, он получал потроха и теперь ждал лакомства. После короткого привала мы продолжили путь.

Смешанный лес сменился пихтачем, и только по краю поля узкой полосой рос осинник — прекрасное место для охоты на рябчика. Я достал писчик и тихонько затянул трель: «Тут-тут-тетерева-ти-ти». Лесной петушок не заставил долго себя ждать и тут же ответил. Два-три передразнивания, и он водрузился на осину на самом краю поля, а после удачного выстрела, оказался в моем рюкзаке.

Димка, услышав выстрел, моментально прибежал узнать, что стряслось. Долго вынюхивал все вокруг, с недоумением поглядывая на меня: «Чего, мол, стреляешь — зайца здесь и в помине нет!»

Так с охотой, особо не перетруждаясь тяжелыми переходами, мы добрались до места, откуда берут начало две речушки, текущие в совершенно разные стороны. Из-за этого здесь легко потерять ориентир и заблудиться, а старики говорили, что это леший водит людей за нос. Не раз охотясь в этих местах, я и то иногда терял дорогу. И сейчас мы с Александром, в начинающих сгущаться сумерках, тоже дали небольшой круг по логам, пока не вышли к нужному, ведущему в Орловку.

Вагончика пастухов, который мы искали, на месте не оказалось. Невдалеке чернел кедрач, и напарник предложил переночевать в нем. Там можно было нагрести в кучу много хвои и устроиться потеплее. Костер мы разжигать не стали, решив подремать до рассвета, а утром вскипятить чай и сварить похлебку. Ночь оказалась темной и холодной, и спали мы, обняв с двух сторон Димку...

Сашка разбудил меня шепотом: «Смотри!». Я открыл глаза. Было уже совсем светло. Метрах в десяти от нас стоял покосившийся могильный крест, с другой стороны — еще один. По коже побежал холодок. Напарнику тоже было не по себе, и только Димка никак не реагировал на наши страхи. Мы молча собрали рюкзаки и поспешили прочь от этого места. Оказалось, что вчера в темноте мы вошли в деревню не с той стороны, поэтому и не увидели вагончика, а расположились на старом кладбище.

В вагончике оказалась печка-буржуйка. Растопив ее, мы сварили похлебку из рябчика, вскипятили чай, а после завтрака, разморенные теплом и едой, растянулись на нарах и проспали еще часа два. На охоту вышли, когда солнце было уже высоко. Сначала двигались вдоль речки Яя, затем по берегу Бахатихи. Начались кукурузные поля. Наш пес заголосил и убежал куда-то влево и... выстрел! Александр добыл зайца. Димка снова весело запаял где-то в чащобе и выгнал на меня здоровенного беляка. Мой выстрел тоже был точен. Так мы и охотились: Димка старался вовсю, ну и мы не подкачали — за два дня в общей сложности добыли семь зайцев и пять рябчиков...

Владимир Нечаев,
г. Томск


Поделиться







© 2007–2017 Астрахань